________________________________________
Я регулярно занимаюсь йогой уже больше 2 лет, порой практикую по 2 раза в день. В моём теле уже гораздо больше гибкости, чем было раньше. Я научилась длительно медитировать. В моём разуме, руках и ногах уже гораздо больше силы. Но остаётся самый трудно дающийся мне аспект йоги — это баланс. Я до сих пор не могу взять и «запрыгнуть» в балансировочную асану с ходу. Вот я уже почти стою на одной опоре вместо четырёх, но нет — падаю, и тогда нужно отсечь всё, что уже получилось, и сделать всё сначала, медленно. Так же и в жизни: чтобы найти свою истинную, настоящую, уникальную, самостную Женственность внутри себя, женщина поначалу полностью отсекает от себя всё женское, всё связанное с материнским.
________________________________________
Как же это происходит?
Женщина в один момент понимает:
«Я не хочу больше жить так, как я живу.
Я не хочу больше быть похожей на свою мать.
Я не хочу, чтобы меня ценили только за то, как я забочусь о других.
Я не хочу, чтобы мою женственность оценивали по размеру моей груди» и т.д.
И в этом отрицании женщине предстоит на какое-то время начать отрицать всё женское.
Зачем? Чтобы в конце пути обрести новую, целостную женственность. Самобытную, а не ту, которую она наблюдала вовне и копировала у кого-то.
Трудность состоит в том, что, отбрасывая от себя негативные аспекты женского начала, воплощённые в матери, женщина отбрасывает от себя и позитивные качества собственной женской натуры. Таков жестокий закон жизни: сепарируемся мы только целиком и болезненно и лишь затем, совершив некоторое движение по кругу, можем снова вернуться, но уже другими — обновлёнными.
Женщина, которая считала свою мать религиозной, становится максимально материалистичной. Женщина, которая видела свою мать нежной и помогающей, становится холодной и безэмоциональной. Женщина, которая воспринимала мать сердитой и суровой, контролирует свои эмоции и запрещает себе злиться. И так далее.
Вместе с непринятием духовных аспектов женственности очень часто вместе с сепарацией приходит непринятие собственного тела.
К сожалению, большинство матерей не проходит свой трансформационный путь, и поэтому, когда их дочери становятся девушками, то Тёмные матери внутри начинают завидовать молодости, красоте, привлекательности своих дочерей. Либо изменения в теле дочери рождают с
трах: «а вдруг забеременеет», «а вдруг рано замуж выскочит». Либо поднимается Тёмная нарциссическая мать, которая превращает девочку в собственный объект — нарциссическое расширение, наподобие «Галатеи».
Активация архетипа в материнско-дочерних отношениях ещё более способствует непринятию матери и, соответственно, сепарации.
Но здесь возможны сбивки. Девушка чувствует тягу к сепарации, но боится реакции Тёмной матери на неё. Она бессознательно чувствует, что изменения в её теле воспринимаются матерью либо как угроза, либо как объект для зависти, либо как присвоенная часть идентичности.
В результате включается такая защита в психике, как смещение.
Собственная злость на мать смещается на своё же тело. Женщина начинает стыдиться своей вагины, своей менструации. Ей не нравятся те части тела, которые связаны с женственностью: округлые бёдра, грудь. Женщина отказывается от своего тела, заменяя этим отказом сепарацию от матери, так как боится. Отказываясь от тела, женщине сложно испытывать оргазм, она стесняется говорить о том, что ей приносит наслаждение. Ненавидя своё тело или, по крайней мере, не испытывая любви к нему, женщина:
- не следит за собой, не любит умасливать себя, набирает вес, чтобы скрыть свою женственность за слоями болезненного жира;
- изнуряет себя диетами, тренировками, постоянно худеет, втирает в себя 300500 мазей, но не потому, что любит своё тело, а потому что «так надо»;
- превращает свою самобытную женственность в эрзац: модная причёска, модные брови, модный маникюр, но к телу так и нет любви.
Отделяясь от матери, невозможно идти в никуда. Человек, особенно в начале своего духовного развития, так не сможет — это было бы невыносимо страшно. Женщине нужно идти к кому-то и куда-то.
Так, в нелюбви к своему телу, в неприятии всего женского и совершается второй шаг — переход к миру Отца и отождествление себя с мужским миром. Но об этом мы поговорим уже в следующий раз.